Идя пустыней слез и испытаний

Автор: Машка Никонович

Идя пустыней слез и испытаний
Где застилает солнце и песок глаза,
Ты не смотри на зыбкие пески страданий,
Иди через пустыню глядя в небеса. 

Не опускай в пустыне взгляда с неба,
Тогда не будешь унывать, что не видать конца,
Не будешь думать, что он далеко там где-то,
А в небе будешь видеть ты глаза Христа. 

Не будет давить разум осознание,
Что окружают лишь пески, пески, пески...
Куда идти и где конец, одно непонимание,
Вокруг всё одинаково и изменения ни зги.

А если вдруг наступишь ты на терний,
И взгляд невольно с неба отведешь,
Когда пронзит тот терн колючий, крепкий,
И может с криком боли снова вдаль песков упав взглянешь...

То снова, собрав силы, поднимайся,
Терн вытащи, отбрось и вновь иди вперёд,
Смотри на небо, небу доверяйся,
Тебя Спаситель укрепит и проведёт.

Бессильны мы порой, ослабеваем,
Но я скажу тебе, мой друг, одно:
Пред небом сила есть когда бессилие провозглашаем,
А перед преисподней не исповедуй ты его.

Когда пред Богом признаем бессилье,
Признав что может вывести лишь только Он,
То сверхъестественные вырастают крылья 
И мы не ви‌деньем, надеждой на Него идём.

И то, что нашим силам неподвластное,
Где мы слабы, вступается вдруг Бог,
И всё вокруг свирепое, опасное,
Вдруг рушится пред славой у Христовых ног.

Когда сдаваться очень нам не хочется, 
Но силы для борьбы совсем уж нет,
Уже не верится, не плачется, не молится,
Но хочется бороться, чтоб увидеть свет.

И говоришь: "Господь, хочу быть верною,
Но не могу, совсем уже без сил, 
Хочу иметь Тебя своей надеждою,
Но сатана как трость меня так сильно надломил."

Внимает Бог тогда слезам отчаянья,
Бессилие принимая как за то, 
Что мы смирились с полным пониманием, 
Что без Христа не можем ничего.

Когда же слышит ад провозглашение,
Что я бессилен и так больше не могу,
То приговор подписывает наше же решение,
И враг уныния кидает на тебя петлю.

Когда решение принимаем страшное:
Смириться, и бороться перестать...
То положение весьма опасное, 
После него уже совсем непросто встать. 

Когда решительно ты говоришь в усталости:
"Довольно, я сражаться не смогу,
Я понял, что и тут, и там имею слабости, 
И этого, похоже уж, не изменю..."

Своей рукой твой меч вдруг опускается,
Снимаются доспехи, шлем и щит,
И видит враг: защита истощается,
Целенаправленно нет ни борьбы, и никаких молитв.

Ты отказался сам своим желанием
Бороться с Богом до победного конца, 
Смирившись полностью с нахлынувшим отчаяньем,
Продался как Иуда не познав Христа...

Таким принятием и как бы лжесмирением
Ты в небо говоришь к стыду о том,
Что Бог бессилен над Своим творением, 
И ад сильнее, чем победа, что дана Христом.

Что враг сильнее взял тебя в пленение,
И Бог не силен из него освободить, 
Напрасно было всё Христу доверие,
Что не способен Он всё изменить.

Враг ненавидит нас и не упустит времени,
Когда услышит, что ты очень изнемог,
Посеет вмиг сомнения, печали плевелы,
И мысль о том, что не поможет даже Бог.

И ухватившись за тот клин уныния
Пригнет к земле, лицом повергнув в прах...
Не говори врагу ты про свое бессилие,
Пусть слышит то лишь Бог на небесах.

 Нам дана сила Божья непреложная,
Ступать на силу адского врага,
Но как порой ошибка наша та неосторожная
Дверь открывает, чтоб удручать мог сатана.

Против него мы с Богом в вере сильные,
Ведь Тот, Кто в нас его давно уж победил,
И потому, пусть вздохи все твои бессильные,
Будут направлены к Тому лишь, у Кого источник сил.

Когда я слабну, нет порывов ревности, 
Благодаря Его, что Он во мне, я думаю о том,
Как хорошо, что даже если я устало несусь к пропасти, 
То сила никогда не оскудеет в Нем.

Пред Богом слабые, пред адом сильные,
Но силою конечно не своей...
Кто победил цепи греха могильные,
Тот силен и тебя избавить от цепей.