Как многим в беде руку не подали

Автор: Машка Никонович

Как многим в беде руку не подали,
Когда душа срывалась как с обрыва вниз,
Как многие в бессилии упали,
Когда надежды их разбились, не сбылись.

Как многие на землю повалились
И до сих пор в грязи лежат на ней, 
Руки ничьи помочь им не спустились,
А им так нужен исцеляющий елей.

Как мало помощи порою оказали,
Когда мы видели как падал человек, 
Его "отступником без твердой веры" называли,
Когда склонял его к себе какой-то грех...

Но жаль никто не захотел подумать, 
И взвесив на весах, исследовав себя, 
Признать нам то, о чем не хочется и думать, 
Что может в том падении виновен также я...

Нам проще сделать вывод, заключение, 
Что брат не строил основание в Христе,
Что в Боге не было того укоренения,
Поэтому не смог он устоять в грехе.

Что не искал он Господа как следует,
Что покаянье было не всерьез,
Что он не знал как жить и что он делает, 
Не выдержал шипы, хотел лишь роз.

Что испытание его теперь проверило
И сила оказалась так скудна,
Что сердце не взывало и не верило
В любовь и милость Господа Отца. 

Но кто бы знал, имел глаза открытые,
Чтоб видеть то, что он носил внутри, 
И как душа и дух весьма побитые
Не выдержали этой всей войны.

Как затухал он тихо плача с горечью, 
И как до боли не хотел грешить,
И как не мог он обратиться сам за помощью 
И продолжал так мучаться и жить. 

Никто не знал мольбы его в стенании,
Подушки ночью мокрые от слез,
И как не раз душа склонялась в покаянии,
Но враг опять ему удар большой нанёс.

Как он ходил, нося внутри страдания,
Как спичка догорая в боли и слезах,
И как не находил нигде он понимания,
Которое бы помогло не превратится в прах.

Когда ж скрывать уж тоже силы не было
Больное состояние свое,
Но и тогда всё оставалось не замечено, 
И будто не заметив обходили все его. 

"Пускай другие подойдут, пускай помолятся,
Быть может просто грустный и настроя нет, 
Пусть кто-то спросит что за этим кроется,
И почему пропал его всей жизни цвет.

Зачем мне загружать себя проблемами,
И брать чужую ношу словно груз,
Ведь не смогу вполне помочь с его я бедами,
И зачастую сам еле держусь.

Быть может подойду и по плечу похлопаю,
Зачем же брать ответственность и глубже мне вникать,
Утешить мимолётом я побыстрому попробую,
Чтоб смог хотя бы чуточку сегодня он привстать."

А он так ждал хотя б какой-то помощи,
Так ждал ту руку утешения на плече,
Чтоб кто-то с ним помог пройти все поприща,
Он так боялся оказаться в темноте.

Он не хотел всем сердцем расставаться с Господом,
И не хотел Его он предавать,
И знает Бог с каким мученья возгласом,
Он продолжал всё это совершать.

И как катился он словно по склону кубарем
Пытаясь хотя б что-то малое найти,
Чтоб удержаться перед всем этим безумием,
Он так надеялся, что кто-то сможет подхватить, спасти...

Ему не ну‌жны были проповеди длинные, 
И не морали как христианину нужно жить,
А руки тех, кто мнит себя как сильные,
Чтоб поддержать его, чтоб он смог победить. 

Как мало сильных, что бессильных сносят немощи,
Как много тех, кто смотрит свысока,
Как мало тех, кто шёл хотя бы одно поприще,
Был рядом с теми, кому жизнь уж не мила.

"Упал, слабак, в нем веры видно не было,
Не знал Он лично Господа Христа,
Только пришел и в мир вновь опрометчиво",
Стыдим мы их старательно, а надо бы себя...

Быть может силы в нём действительно уж не было,
Быть может он боролся, пока ещё чуть мог,
Но как же твоё сердце было слепо, не заметило,
Что может тебя помощью ему хотел дать Бог.

А ты смотрел так издали, как будто не заметивши,
Глуша в себе зов совести руки не протянул,
И он не получил нигде ни слова, и ни помощи,
И в собственных страданиях он в боли утонул...

Ты видел утопающим, оставшись безучастником,
Назвавши его слабеньким, легко так обвинил, 
То знай, в его падении, ты стал друг соучастником,
Ведь для чего друг другу мы ты всё таки забыл.

А он весьма надломленный боролся с испытанием,
И вот в бессильи, немощи, сломался уж совсем,
Побитый одиночеством и недопониманием,
Не смог увы он выбраться из множества проблем.

Вот так вот к сожалению не видим нашей жалости,
Списав всё на упавшего, не видим где же мы,
Укажем все источники вины другого слабости,
Но с высока смотреть лишь можно, если спасаешь ты...

Когда для извлечения из ямы той уныния,
Протягиваешь длань свою, чтобы ему помочь,
Тогда только с глазами, что полны сожаления,
Ты можешь свысока смотреть тому кому не в мочь.

Дай Бог нам всем быть чуткими, водиться духом Божиим,
Чтоб вовремя увидеть приближение беды,
Чтоб не быть нам для близких как обычные прохожие,
А быть семьёй заботливой, внимательны в любви.

Ведь часто к сожалению мы так порой похожие,
На тех кто мимо раненых легко могут пройти,
Священники, левиты, что несут служение Божие,
Но мало Саморянинов на жизненном пути.

Кто-то осудит павшего, кто-то с тоской помолиться,
Но как не понимаем мы порою глубины...
Не видим нашей слабости, нам оправдаться хочется,
Но часто в отступлении виновны также мы...

Пришел брат только к Господу и нет ему внимания,
А сатана друзья мои, не спит порой как мы,
Создаст ему такие в жизни новой обстоятельства,
Что без поддержки ближнего ему там не пройти.

Не можем оказать порой то должное внимание,
Не можем разглядеть беду, что догорает брат,
И за своим не видим часто ближнего страдания,
А он простым словам сейчас и то был очень рад.

И люди огорчаются и покидают Господа, 
Служение оставляется, приходит вдруг беда,
Точнее они катяться, им этого не хочется,
Но мы ведь не торопимся в сем обвинить себя.

Друзья и церковь Божия, любите каждый ближнего,
В отступниках от Господа и наша есть вина,
Когда не видят в Господе уж ничего хорошего, 
То в первую же очередь надо смотреть в себя.

Что сделал я хорошего, чтобы помочь усташему,
Что сделал я для ближнего, чтоб он смог устоять,
Подал ли руку милости в бессилии упавшему,
Смогу ли я пред Господом за это ответ дать?

И был ли я внимателен, не допустив падения,
Старался ли всей силою, чтоб брат не догорел,
Помочь ему пройти все непростые искушения,
Чтоб он в жестокой битве для Иисуса уцелел.

Так будем же внимательны, участливые к каждому,
Чтоб разглядеть нам бедствие и вовремя помочь,
Чтоб нам не ужасаться результату потом страшному,
Дай Боже всем нам ведение пока сделать что-то в мочь.